Екатерина Зайцева, исторический журнал «Родина»
Продолжаем публикацию материалов спецпроекта «Наша родина. Страницы истории». Напомним, проект реализуется совместно с «Российской газетой» и историческим научно-популярным журналом «Родина».Доступ в эти заведения определял место человека на социальной лестнице. И те, кто стоял на ступеньку ниже, всегда стремились подняться, завести полезное знакомство, почувствовать себя частью избранного круга, хотя бы на время.
«Яр»
«В Яръ не едут, в Яръ попадают. И там надолго пропадают», – говорили завсегдатаи легендарного ресторана, открытого в Москве на углу Кузнецкого Моста и Неглинной улицы зимой 1826 года. Первым «Яром» владел француз – Транкиль Яр. Вскоре он нашел для ресторана новое здание на окраине города, возле Петербургского шоссе (современный адрес – Ленинградский проспект, 32/2). Оно было полностью перестроено при новом хозяине Алексее Судакове, пригласившем для этого известного московского архитектора Адольфа Эрихсона.Так появился дворец в стиле модерн с большими гранеными куполами, арочными окнами, монументальными металлическими светильниками по фасаду, императорской ложей и кабинетами на втором этаже, из которых можно было выйти на балконы и наблюдать за происходящим свысока. Снаружи двор окружала искусственная скала с мостиками, беседками и водопадом. Для ежедневных представлений была построена сцена, на которую регулярно поднимались оперные певцы и артисты балета.
В «Яре» бывала вся творческая и политическая элита Москвы – знаменитые писатели, художники, поэты, певцы. Известно, что окунуться в атмосферу вечного праздника и кутежа сюда приезжали Александр Пушкин, Антон Чехов, Александр Куприн, Максим Горький, Константин Бальмонт, Исаак Левитан, Михаил Врубель, Илья Репин, Валентин Серов. Ресторан вдохновлял писателей на поиск новых героев, а художники, бывало, оплачивали роскошный ужин своими картинами. В результате в вестибюле «Яра» появилась так называемая Пропитая галерея.
Ресторан стал символом богемно-политической жизни империи. За его столами меценат и предприниматель Савва Морозов обсуждал инвестиции. Оперный певец Федор Шаляпин репетировал романсы и пел дуэтом с цыганским хором. В безудержный загул уходил Григорий Распутин. А высшие чиновники за порцией первоклассных трюфелей «решали дела».
«Прага»
Социальный статус затрапезного московского трактира на Арбате резко изменился при новом владельце – купце Петре Тарарыкине. Он перестроил здание, превратив его в первоклассный ресторан с шестью роскошными залами, 18 отдельными кабинетами, двумя буфетами, четырьмя бильярдными и зимним садом. На каждой тарелке, блюдце, чашке золотом было выведено «Привет от Тарарыкина!»Завсегдатаями ресторана были Александр Блок, Андрей Белый, Федор Шаляпин, Илья Репин, Владимир Гиляровский, профессорский состав Московской консерватории и ее выпускники.
После революции «Прага» какое-то время была столовой Моссельпрома, которую рекламировал Маяковский, а затем закрытой столовой для сотрудников НКВД. Только в середине XX века ресторан вернул себе статус одного из самых модных и изысканных заведений столицы.
В 1961 году отметить тайную регистрацию брака сюда приехали дочь Леонида Брежнева Галина и артист цирка Игорь Кио.
«Палкин»
Трактир на углу Невского проспекта и Большой Морской улицы основал в 1785 году купец третьей гильдии Анисим Палкин. Вряд ли он предполагал, что его заведение вырастет в один из самых знаменитых дореволюционных ресторанов Санкт-Петербурга. После реконструкции в 1874 году правнук основателя «Палкина» превратил трактир в роскошный комплекс с 25 залами, бильярдной и бассейном со стерлядью. Лестница, ведущая в бельэтаж, была украшена фонтаном и тропическими растениями. Кухня размещалась на верхнем этаже, чтобы в остальные помещения ресторана не проникал дым. Приготовленная еда опускалась на нижние этажи специальной машиной.В ресторан приходили писатели, поэты, художники – Гоголь, Достоевский, Блок, Мережковский, Гиппиус, Некрасов, Панаев, Салтыков-Щедрин, Лукомский, Репин, Сапунов. У композиторов Чайковского, Глазунова и Римского-Корсакова любимым местом в заведении Палкина была буфетная с витражами. Об этом знал весь Санкт-Петербург. Чтобы послушать их беседы и приобщиться к элите, сюда приходили выпускники местных вузов и богатые провинциалы.
ЦДЛ
Одним из ярких примеров площадки «для своих» стал легендарный московский ресторан на Поварской улице – Центральный дом литераторов (ЦДЛ). В течение полувека беспрепятственно сюда могли попасть лишь члены Союза писателей.Здесь режиссеры спорили с цензорами из Госкино, Аркадий Стругацкий выпивал с космонавтами, а поэты, закусывая севрюгой и рябчиками, читали свои новые стихи. При этом готические интерьеры ресторана со старинными витражами, дубовой лестницей, деревянными панелями создавали ощущение вневременья.
Главным элементом антуража ЦДЛ была и остается массивная люстра, подаренная Сталиным Максиму Горькому. Она помнит обеды и ужины писательской элиты разных эпох: от Ахматовой и Бродского до Евтушенко и Ахмадулиной.
«Метрополь»
Ленинградский «Метрополь» на Садовой улице еще под своим прежним названием – «Люкс» – заслужил репутацию заведения, где обитала петербургская элита. Даже сам интерьер заведения был продуман так, чтобы завести полезное знакомство. Впервые в декоре зала были использованы зеркала, чтобы господа и дамы могли незаметно наблюдать друг за другом. Также впервые мужские и женские туалетные комнаты были оборудованы рядом, чтобы невзначай столкнуться с интересным вам человеком.С 1931 года «Люкс» стал «Метрополем». На втором этаже появился зал для представителей партийных верхов. Гостями ресторана в разные годы были Леонид Брежнев, Рональд Рейган, Жак Ширак.
В отличие от многих других заведений для избранных, в «Метрополь» могла попасть и простая публика – впрочем, не с улицы. Обычно там бронировали семейный ужин на юбилей или свадебный банкет на несколько десятков гостей.
В XIX веке цену на билет на пароход назначали, оценив одежду пассажира.
