У жителя поселка Куженера, преподавателя местного профессионального училища Николая Горохова на строительство своей церкви ушло девять лет. Недавно он завершил работу.
Храм этот - точная, правда, в 20 раз уменьшенная копия Покровской церкви в Кижах. Но размеры все равно впечатляют: высота - в рост человека, длина - метра полтора и метр в ширину. Находится этот удивительный храм в комнате обычной квартиры. Тут габариты впечатляют особенно.
В Кижах Николай Михайлович не бывал никогда, просто однажды много лет тому назад увидел фотографию этого удивительного по красоте и гармонии северного деревянного храма и... заболел им. Вот тогда и решил сделать близнеца этого шедевра русского зодчества, не представляя еще до конца, за что взялся и в какой долгострой выльется это дело.
Помимо чертежей, расчетов нужно было выточить и выстругать сотни и тысячи деталей. Чтобы из деревянного брусочка получилось малюсенькое, ровнехонькое, всего с палец толщиной бревнышко, необходимо раз пятьсот взмахнуть рубанком. Мужики подсчитали, наблюдая за работой мастера. Еще нужно вырезать пазы, состыковать, да так, что даже под микроскопом не найдешь ни одной дырки. Как старинные храмы, церковь Горохова построена без единого гвоздика. Главным материалом для постройки стали хорошо просушенные ель и сосна, желательно растущие на болоте. Это, говорит мастер, самое то, что нужно, древесина очень крепкая, смолистая и структура мелкая. Собирал повсюду, даже в дровах выискивал подходящие поленья. А вообще расход материала оказался невелик - уложился в кубометр.
Строительной площадкой была школьная мастерская, где раньше работал, подвальная кладовка и наконец, когда начал монтаж постройки, - собственная квартира. Заниматься этим мог, естественно, только в свободное от основной работы время, а его немного. “Да и дело это чрезвычайно трудоемкое, даже если бы засел только за храм, все равно год наверняка бы потребовался”, - говорит Горохов. Работа очень тонкая, кропотливая, на одном вдохновении далеко не уедешь, главное тут - терпение и труд. Каждую детальку нужно идеально выстругать, подогнать, каторжный труд, одним словом. А самое сложное - это купола. Изготовить маковки само по себе очень непросто, а гороховские, как и церковь в Кижах, еще покрыты гонтом, это такая черепица из осины. Тоненькие чешуйки толщиной всего один миллиметр - попробуй настрогай такие. А ведь несметное количество этих крохотулек нужно еще закрепить. В жизни на настоящих церквях гонт, конечно, гораздо толще - два сантиметра. Осина для такого дела подходит лучше всего, потому что устойчива к влаге - не гниет, а во-вторых, у нее, оказывается, есть такое удивительное свойство - наструганная на пластинки, она блестит как серебро. Вот и у Горохова, особенно когда светит солнышко, купола отливают настоящим серебряным блеском.
Работа, конечно, давалась тяжело, шла с перерывами, приходилось придумывать всевозможные приспособления. Зато когда дело было сделано, Николай Михайлович пережил ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения и радости. Чувство художника, мастера, создавшего шедевр. То, что получилось, - это чудо. Ощущение такое, будто находишься рядом с настоящим храмом, кажется, там вот-вот начнется служба.
Единственный противник домашнего храма - супруга Горохова. Нет, с тем, что постройка получилась замечательная, Нина Ивановна согласна, ее смущают размеры - занимает много места и здорово мешает при уборке квартиры. Хотя, несмотря на столь солидные параметры, конструкция очень легкая - от силы килограммов 25, вдвоем перенести - пара пустяков. Между тем в храме есть не только стены и крыша, но и пол, потолок, окна и двери. Нина Ивановна считает, что такому великану в доме не место, и настойчиво советует мужу подарить свое творение местной церкви. Николай Михайлович мнение жены уважает, более того - считает ее своим соавтором: сколько опилок и стружки пришлось выгрести за эти годы, но расстаться со своей главной работой (вообще-то их у него немало) явно не готов. Хотя не исключает, что когда-нибудь все именно так и закончится. Это будет действительно царский подарок и в смысле художественной, духовной ценности, и в материальном плане. Уверен, что любой толстосум, чтобы украсить свой офис, с готовностью отвалил бы за эту работу большущие деньги. Эксклюзив и вещь очень тонкая. Однако Николай Михайлович свои работы создает, но не продает. Принципиально.
И, кстати говоря, возможно, когда-то в этой квартире появится копия еще одного, даже более изящного храма с русского севера. Мастер показал мне его фотографию - это нечто невероятное.
Дмитрий Шахтарин.
(Куженерский р-н).
Храм этот - точная, правда, в 20 раз уменьшенная копия Покровской церкви в Кижах. Но размеры все равно впечатляют: высота - в рост человека, длина - метра полтора и метр в ширину. Находится этот удивительный храм в комнате обычной квартиры. Тут габариты впечатляют особенно.
В Кижах Николай Михайлович не бывал никогда, просто однажды много лет тому назад увидел фотографию этого удивительного по красоте и гармонии северного деревянного храма и... заболел им. Вот тогда и решил сделать близнеца этого шедевра русского зодчества, не представляя еще до конца, за что взялся и в какой долгострой выльется это дело.
Помимо чертежей, расчетов нужно было выточить и выстругать сотни и тысячи деталей. Чтобы из деревянного брусочка получилось малюсенькое, ровнехонькое, всего с палец толщиной бревнышко, необходимо раз пятьсот взмахнуть рубанком. Мужики подсчитали, наблюдая за работой мастера. Еще нужно вырезать пазы, состыковать, да так, что даже под микроскопом не найдешь ни одной дырки. Как старинные храмы, церковь Горохова построена без единого гвоздика. Главным материалом для постройки стали хорошо просушенные ель и сосна, желательно растущие на болоте. Это, говорит мастер, самое то, что нужно, древесина очень крепкая, смолистая и структура мелкая. Собирал повсюду, даже в дровах выискивал подходящие поленья. А вообще расход материала оказался невелик - уложился в кубометр.
Строительной площадкой была школьная мастерская, где раньше работал, подвальная кладовка и наконец, когда начал монтаж постройки, - собственная квартира. Заниматься этим мог, естественно, только в свободное от основной работы время, а его немного. “Да и дело это чрезвычайно трудоемкое, даже если бы засел только за храм, все равно год наверняка бы потребовался”, - говорит Горохов. Работа очень тонкая, кропотливая, на одном вдохновении далеко не уедешь, главное тут - терпение и труд. Каждую детальку нужно идеально выстругать, подогнать, каторжный труд, одним словом. А самое сложное - это купола. Изготовить маковки само по себе очень непросто, а гороховские, как и церковь в Кижах, еще покрыты гонтом, это такая черепица из осины. Тоненькие чешуйки толщиной всего один миллиметр - попробуй настрогай такие. А ведь несметное количество этих крохотулек нужно еще закрепить. В жизни на настоящих церквях гонт, конечно, гораздо толще - два сантиметра. Осина для такого дела подходит лучше всего, потому что устойчива к влаге - не гниет, а во-вторых, у нее, оказывается, есть такое удивительное свойство - наструганная на пластинки, она блестит как серебро. Вот и у Горохова, особенно когда светит солнышко, купола отливают настоящим серебряным блеском.
Работа, конечно, давалась тяжело, шла с перерывами, приходилось придумывать всевозможные приспособления. Зато когда дело было сделано, Николай Михайлович пережил ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения и радости. Чувство художника, мастера, создавшего шедевр. То, что получилось, - это чудо. Ощущение такое, будто находишься рядом с настоящим храмом, кажется, там вот-вот начнется служба.
Единственный противник домашнего храма - супруга Горохова. Нет, с тем, что постройка получилась замечательная, Нина Ивановна согласна, ее смущают размеры - занимает много места и здорово мешает при уборке квартиры. Хотя, несмотря на столь солидные параметры, конструкция очень легкая - от силы килограммов 25, вдвоем перенести - пара пустяков. Между тем в храме есть не только стены и крыша, но и пол, потолок, окна и двери. Нина Ивановна считает, что такому великану в доме не место, и настойчиво советует мужу подарить свое творение местной церкви. Николай Михайлович мнение жены уважает, более того - считает ее своим соавтором: сколько опилок и стружки пришлось выгрести за эти годы, но расстаться со своей главной работой (вообще-то их у него немало) явно не готов. Хотя не исключает, что когда-нибудь все именно так и закончится. Это будет действительно царский подарок и в смысле художественной, духовной ценности, и в материальном плане. Уверен, что любой толстосум, чтобы украсить свой офис, с готовностью отвалил бы за эту работу большущие деньги. Эксклюзив и вещь очень тонкая. Однако Николай Михайлович свои работы создает, но не продает. Принципиально.
И, кстати говоря, возможно, когда-то в этой квартире появится копия еще одного, даже более изящного храма с русского севера. Мастер показал мне его фотографию - это нечто невероятное.
Дмитрий Шахтарин.
(Куженерский р-н).
