- Честно тебе скажу - иногда мелькала такая мысль: "Знала бы моя мать!.. Сказала бы, скорее всего, что, мол, не для того тебя рожала". Так ведь потому и не рассказываю подробностей - зачем лишние волнения? И потом (пусть не покажется обидным для родных) - в походе забываешь обо всем: дом, семья, проблемы остаются далеко-далеко. Думаешь об очень простых вещах: как наловить рыбы, что сварить... Красотой любуешься - сложные походы по рекам пятой-шестой категории практически всегда в местах, где нетронутая природа. Представь себе - рыба там ловиться на что угодно - хоть на окурок, хоть на кусок туалетной бумаги! Такую красоту, которую удалось увидеть на Кольском полуострове, в Карпатах, Карелии, на Кавказе, Южном и Северном Урале, на Алтае, в Саянах и на Тянь-Шане другому человеку, может, не выпадет счастье увидеть ни разу.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что идешь в поход с риском для жизни, чтобы полюбоваться природой?
- Это, кстати, тоже немаловажно: недаром же мы, выбирая маршрут, стараемся не повторяться, идем всякий раз в другое место - очень хочется много повидать! А что касается риска... Погибнуть можно где угодно. Сколько гибнет людей на реках, не представляющих, казалось бы, никакой опасности. В походы высшей категории сложности идут очень подготовленные люди. Но все предусмотреть невозможно, иногда обстоятельства выше нас. Вот тот же Сергей Черник, погибший в Китае. Я его знал, это звезда огромной величины в туризме. Он был председателем федерации спортивного туризма Москвы, неоднократным чемпионом России по сплавам. Представляешь, какой опыт? Естественно, группа серьезно готовилась - без этого нельзя, но, видимо, река оказалась сильнее, недаром сплав по ней сравнивают по трудности с покорением Эвереста. У них в этом каньоне не было пути назад. Руководитель погиб первым, и дальше, на мой взгляд, ребята приняли неправильное решение - надо было оставаться на месте, а они пошли вниз по реке.
- Случалось ли тебе в экстрим-туре оказываться в ситуации между жизнью и смертью? Неужели ты ничего не боишься?
- Почему же? Иногда еще как страшно! Но я уже около 40 спортивных категорийных походов провел как руководитель. Страшно, но надо идти и нельзя членам группы показать виду, что боишься. На "авось" ведь не идем никогда, для того и готовимся, чтобы свести риск к минимуму: изучаешь характер реки, прикидываешь, куда поставить страховщика, как себя поведет судно, анализируешь, где сам причалишься, где нужна принудительная чалка. Люди в группе - только проверенные прежними походами или взятые по серьезной рекомендации. Но полностью оградить себя от риска нельзя, потому ситуации бывают всякие. Вот ходили на Центральный Алтай - связка рек Шавла - Аргут - Катунь. Шавла протяженностью 60 километров, она по вертикали падает до впадения в Аргут на один километр 110 метров (для сравнения: если плыть по Малой Кокшаге из Йошкар-Олы до впадения в Волгу, то уклон составит всего 24 метра). На участке нашего пути уклон составил 57 метров на километр. На двух реках - Харамурине и Снежной - мы прошли в общей сложности 230 порогов. Когда изучал прохождение предыдущих групп, удивлялся: как можно за день проплыть всего полтора километра? А мы за день прошли всего 800 метров. А самый трудный для меня пеше-водный поход высшей категории сложности оказался лет 10 назад - в Забайкалье, на Хамар-Дабане. 90 километров пеший переход до одной реки, потом сплав и еще 90 километров пешком до другой реки. Непогода и сложная обстановка измотали так, что просто земля уходила из-под ног, да плюс к тому слуховые и зрительные галлюцинации. В том походе за месяц я похудел на 10 килограммов.
- Могу еще понять магию воды для водного туриста с таким стажем, как у тебя, но какое удовольствие при этом тащиться пешком десятки и сотни километров?
- Так ведь до интересной, то есть сложной реки еще добраться надо! Были б деньги - наняли бы вертолет, а где взять средства, если, например, час лета на Таймыре стоит 62 тысячи рублей? Вот и увеличиваем поход дней на 10, чтобы пройти 250 километров по тайге со стартовым весом рюкзака 50 килограммов (средства сплава, продукты) и выйти к забайкальской реке пятой категории сложности.
- Неужели от этого можно испытывать кайф? Ну, дотащил такой груз на собственном горбу, ну, сплавился с риском для жизни по суровой речке, где никто еще не плавал. И что в "сухом остатке"?
- Ты не представляешь, как это захватывает! Я с первого категорийного похода 20 лет шел до мастера спорта. Не хочется же останавливаться на полпути! А потом уже жизнь из этого и состоит: полгода готовишься к походу, затем полгода живешь впечатлениями. Год без похода - потерянный! Кстати, не всегда походы очень сложные - мы позволяем себе иногда сделать "отдыхательный" поход. Но совсем без этого - не жизнь! Чувство победы над собой дорогого стоит.
- Ты ведь еще и в горы ходишь. А что для тебя интереснее - альпинизм или водный туризм?
- Да все интересно! Альпинистом я себя не считаю, хотя поднимался на главную вершину Эльбруса. Стоять на высшей точке Европы - непередаваемое ощущение. Настоящая эйфория!
- Сергей, а терять друзей в трудных походах тебе случалось?
- Слава Богу - нет. И с детьми серьезных происшествий не было - я ведь еще между делом вожу в походы детей. С ними, конечно, идешь по проторенной дорожке, где все знаешь и уверен, что сумеешь найти выход из любой ситуации. Потому страха нет, есть только чувство ответственности и понимание, что этих любознательных надо крепко держать. Зато знаешь, какое получаешь удовлетворение от их горящих глаз - вот ты не видела ни разу в жизни наскальных рисунков первобытных людей, а мы с ребятами в пещере Шульганташ прикоснулись к вечности, разглядывая мамонта, нарисованного охрой в доисторическую эпоху.
Мы говорим с Сергеем на разных языках. Я - о том, что человек - существо хрупкое, надо беречь себя, в том числе и во имя близких людей, которым ты нужен. Он - о великом счастье познания мира и себя. И если для этого познания требуется доля риска, значит, так тому и быть. Главное - риск должен быть разумным, оправданным и сведенным до минимума. А если его совсем нет - к чему такая жизнь?
Я даже в чем-то завидую этим пленникам адреналина. Если бы не скорбные глаза Веры Тищенко - мамы не вернувшегося туриста.
Ольга БирюЧева.
- Уж не хочешь ли ты сказать, что идешь в поход с риском для жизни, чтобы полюбоваться природой?
- Это, кстати, тоже немаловажно: недаром же мы, выбирая маршрут, стараемся не повторяться, идем всякий раз в другое место - очень хочется много повидать! А что касается риска... Погибнуть можно где угодно. Сколько гибнет людей на реках, не представляющих, казалось бы, никакой опасности. В походы высшей категории сложности идут очень подготовленные люди. Но все предусмотреть невозможно, иногда обстоятельства выше нас. Вот тот же Сергей Черник, погибший в Китае. Я его знал, это звезда огромной величины в туризме. Он был председателем федерации спортивного туризма Москвы, неоднократным чемпионом России по сплавам. Представляешь, какой опыт? Естественно, группа серьезно готовилась - без этого нельзя, но, видимо, река оказалась сильнее, недаром сплав по ней сравнивают по трудности с покорением Эвереста. У них в этом каньоне не было пути назад. Руководитель погиб первым, и дальше, на мой взгляд, ребята приняли неправильное решение - надо было оставаться на месте, а они пошли вниз по реке.
- Случалось ли тебе в экстрим-туре оказываться в ситуации между жизнью и смертью? Неужели ты ничего не боишься?
- Почему же? Иногда еще как страшно! Но я уже около 40 спортивных категорийных походов провел как руководитель. Страшно, но надо идти и нельзя членам группы показать виду, что боишься. На "авось" ведь не идем никогда, для того и готовимся, чтобы свести риск к минимуму: изучаешь характер реки, прикидываешь, куда поставить страховщика, как себя поведет судно, анализируешь, где сам причалишься, где нужна принудительная чалка. Люди в группе - только проверенные прежними походами или взятые по серьезной рекомендации. Но полностью оградить себя от риска нельзя, потому ситуации бывают всякие. Вот ходили на Центральный Алтай - связка рек Шавла - Аргут - Катунь. Шавла протяженностью 60 километров, она по вертикали падает до впадения в Аргут на один километр 110 метров (для сравнения: если плыть по Малой Кокшаге из Йошкар-Олы до впадения в Волгу, то уклон составит всего 24 метра). На участке нашего пути уклон составил 57 метров на километр. На двух реках - Харамурине и Снежной - мы прошли в общей сложности 230 порогов. Когда изучал прохождение предыдущих групп, удивлялся: как можно за день проплыть всего полтора километра? А мы за день прошли всего 800 метров. А самый трудный для меня пеше-водный поход высшей категории сложности оказался лет 10 назад - в Забайкалье, на Хамар-Дабане. 90 километров пеший переход до одной реки, потом сплав и еще 90 километров пешком до другой реки. Непогода и сложная обстановка измотали так, что просто земля уходила из-под ног, да плюс к тому слуховые и зрительные галлюцинации. В том походе за месяц я похудел на 10 килограммов.
- Могу еще понять магию воды для водного туриста с таким стажем, как у тебя, но какое удовольствие при этом тащиться пешком десятки и сотни километров?
- Так ведь до интересной, то есть сложной реки еще добраться надо! Были б деньги - наняли бы вертолет, а где взять средства, если, например, час лета на Таймыре стоит 62 тысячи рублей? Вот и увеличиваем поход дней на 10, чтобы пройти 250 километров по тайге со стартовым весом рюкзака 50 килограммов (средства сплава, продукты) и выйти к забайкальской реке пятой категории сложности.
- Неужели от этого можно испытывать кайф? Ну, дотащил такой груз на собственном горбу, ну, сплавился с риском для жизни по суровой речке, где никто еще не плавал. И что в "сухом остатке"?
- Ты не представляешь, как это захватывает! Я с первого категорийного похода 20 лет шел до мастера спорта. Не хочется же останавливаться на полпути! А потом уже жизнь из этого и состоит: полгода готовишься к походу, затем полгода живешь впечатлениями. Год без похода - потерянный! Кстати, не всегда походы очень сложные - мы позволяем себе иногда сделать "отдыхательный" поход. Но совсем без этого - не жизнь! Чувство победы над собой дорогого стоит.
- Ты ведь еще и в горы ходишь. А что для тебя интереснее - альпинизм или водный туризм?
- Да все интересно! Альпинистом я себя не считаю, хотя поднимался на главную вершину Эльбруса. Стоять на высшей точке Европы - непередаваемое ощущение. Настоящая эйфория!
- Сергей, а терять друзей в трудных походах тебе случалось?
- Слава Богу - нет. И с детьми серьезных происшествий не было - я ведь еще между делом вожу в походы детей. С ними, конечно, идешь по проторенной дорожке, где все знаешь и уверен, что сумеешь найти выход из любой ситуации. Потому страха нет, есть только чувство ответственности и понимание, что этих любознательных надо крепко держать. Зато знаешь, какое получаешь удовлетворение от их горящих глаз - вот ты не видела ни разу в жизни наскальных рисунков первобытных людей, а мы с ребятами в пещере Шульганташ прикоснулись к вечности, разглядывая мамонта, нарисованного охрой в доисторическую эпоху.
Мы говорим с Сергеем на разных языках. Я - о том, что человек - существо хрупкое, надо беречь себя, в том числе и во имя близких людей, которым ты нужен. Он - о великом счастье познания мира и себя. И если для этого познания требуется доля риска, значит, так тому и быть. Главное - риск должен быть разумным, оправданным и сведенным до минимума. А если его совсем нет - к чему такая жизнь?
Я даже в чем-то завидую этим пленникам адреналина. Если бы не скорбные глаза Веры Тищенко - мамы не вернувшегося туриста.
Ольга БирюЧева.
