«На площади возле вокзала был митинг, она была перегорожена, - пишет в своем письме в редакцию «Марийской правды» пенсионерка. - Здесь собралось много народа. А меня мама послала к тетушке Наде, которая училась в педагогическом институте, унести ей деньги. Я шла по Советской улице, а навстречу мне - колонны и машины с физкультурниками. Это все сопровождалось музыкой. Когда вернулась на площадь, там кружил самолет.
А затем на трибуну поднялись мужчины и объявили о войне. Я, конечно, не поняла, что это такое».
Прилавки опустели в первый же день
Уже в доме у друзей, у которых остановились родители Таси, девочка заметили слезы на глазах отца. На ее вопрос, он объяснил, что теперь его заберут на войну, а они останутся одни. В то время в их семье уже было трое своих детей, самому младшему из которых один годик, и еще четырехлетний племянник.
«Отец послал нас, маму и меня, в магазин, может, что купить успеем. Но когда мы пришли, там уже все убирали с витрин. Но мы все же успели кое-что купить, - продолжает Таисия Ивановна. - По-моему, какие-то конфеты, печенье.
Затем я еще помню, что, когда отца забрали, его вместе с другими некоторое время держали на стадионе «Спартак». Мы с мамой ходили возле забора и спрашивали нашего папу. Когда нашли его, то немного поговорили, а потом их повели на вокзал. Там посадили в телячьи вагоны. Мы только и успели, что сказать ему несколько слов на прощание. И все».
Каждый хотел варить школьный обед
Лишь весной 1942 года мать с детьми смогла добраться до дома бабушки в деревне Шуля-Ярамор Ронгинского района. Всю войну мать Анна Анатольевна работала в колхозе, а Тася училась в Шулядурской школе.
«В школе мы готовили обед. Из колхозов над давали овсяную крупу и картошку, а еще была морковка, иногда мы приносили ее из дома, и немного лука. Варили похлебку в котлах в сарайчике. Готовить нас отправляли по два-три человека из класса вместе с учительницей. Каждый хотел попасть в группу, чтобы поесть побольше.
Тогда все работали в колхозе. Мы, как младшие, учились только лишь зимой, а осенью, весной и летом трудились в колхозе. В основном пололи и лен теребили».
А еще запомнилось Тасе, как в сентябре 1944 года природа ликовала: солнышко на закате так и играло. А женщины видели, как месяц играл. Пожилые тогда говорили, что война должна скоро кончиться...
