Сегодня Виталий Павлович уже показывает первую серию деревенских пейзажей на персональной выставке в районном музее. А начал рисовать родную деревню буквально пару лет назад, когда понял, что стареет она с каждым годом, вымирает, поскольку молодежь сегодня предпочитает городскую жизнь.
Пример подали родители
- Я ведь и сам был таким – искателем приключений и более легкой, чем в деревне жизни, - рассказывает собеседник. – Ну и немалую роль в расставании с родными местами сыграла моя большая тяга к рисованию, к творчеству. Я еще в школе начал делать наброски с натуры, но тогда ни о какой акварели понятия не имел. Просто брал в руки карандаш и рисовал. Отец очень поддерживал мое желание. Они с мамой тоже любили рисовать. Но это было скорее не творчество, а чистое зарабатывание денег. Они печатали через трафарет масляной краской узоры на простынях, скатертях, покрывалах. В магазинах же полки были пустые, вот родители и брали такую работу на заказ, а селяне с удовольствием украшали этими оригинальными вещами убранство своих домов.
Но родители только подали мне пример, воспитали тягу к прекрасному, а вот первым моим наставником стал удмуртский художник Семен Кузьмин. Он преподавал в университете, а когда приезжал в деревню, мы за ним бегали, мыли кисточки, помогали носить мольберты. Семен Кузьмич не отказывался от нашего с товарищами общества, порой привлекал к делу, помогал что-то нарисовать. В результате мое желание посвятить себя искусству окончательно окрепло к окончанию школы. По совету Семена Кузьмича мы с другом Геннадием Сапожниковым отправились поступать в Ижевский художественно-графический университет. Правда, Гена бросил учебу, решив, что не хочет преподавать в школе (к чему нас и готовили). Сейчас он живет в Ежово, стал замечательным оформителем, занимается резьбой по дереву.
Абитуриент в мамином плаще
Поездка деревенских ребят в большой город - история отдельная. О ней Виталий Павлович и сегодня без смеха не вспоминает.
- Не было у нас ни одежды, ни сумок хороших, - говорит художник. - Отец нашел где-то сделанный из фанеры чемодан, покрашенный черной краской, без замка, хорошо, хоть ручка сохранилась. Сложили мы в него вещи, перевязали веревкой – вот и поклажа готова. Дело осталось за малым: что на себя надеть? Начиналась осень, а у меня никакого плаща отродясь не было. Выручила мамина смекалка. Она пожертвовала своим плащом - женским, но зато коричневым. Просто пуговицы на нем перешила на противоположную сторону, имитируя тем самым мужской наряд. Так я и поехал овладевать знаниями и умениями.
Живопись маслом, акварелью, гуашью. Всему этому студент учился с большой охотой. Особенно по душе Виталию Павловичу с тех самых юных лет были и по сегодняшний день остаются пейзажи и портреты, изредка берется за натюрморты.
Он до сих пор помнит до мелочей свою дипломную работу. Это была удивительно живая картина - старый дом, рядом с которым стоит дед в красной рубашке, в руках у него топор. Сын ему помогает…
Как художник милиционером стал
После окончания вуза Скородумова направили преподавать в Дебесское педучилище. Работал он здесь восемь лет. За это время случилось в жизни много значимых событий – сходил в армию (отслужил год в Германии), встретил свою вторую половинку – здешнюю студентку. А потом жене дали квартиру в Ижевске. Переехать-то туда, переехали, вот только достойно оплачиваемой работы чете молодых художников не нашлось. Заработки в общеобразовательной и художественной школах были мизерные. Тогда и решили махнуть на север.
- И застряли мы там на долгих 30 лет, - вспоминает собеседник. – Жизнь моя изменилась кардинально. Поначалу устроился художником во дворце шахтеров. Зарплата удивила неприятно: 90 рублей! Притом, что в средней полосе я до того уже 220 получал. Тогда и принял неожиданное для себя и семьи предложение: пошел работать в милицию! Им нужен был педагог, пусть даже рисования и черчения, такой как я. Отказываться не стал, поучился два месяца на курсах в Новочеркасске, получил офицерское звание и стал работать с пацанами. Воспитывал, учил, журил, наказывал малолетних преступников. По совместительству, конечно, стал художником при органах внутренних дел. Всегда представлял с успехом свое ведомство на различных выставках. Бывало, заказывали мне и портреты офицеров рисовать, на продажу.
Майором вышел наш художник на пенсию и тут же пошел в школу, где еще десять лет отработал учителем рисования и черчения.
- Мои ученики всегда очень успешно участвовали в выставках, - гордо говорит Виталий Павлович. – Наверное, поэтому меня заметили и сделали очень престижное предложение – преподавать в школе искусств Воркуты. Нужно знать ее уровень, чтобы понять, почему попасть сюда было моей огромной мечтой…
Распрощался со своей сбывшейся мечтой я по той причине, что получил как офицер военный сертификат на выезд. Решили мы вернуться на родину в деревню, где я к тем порам уже построил свой дом. Рядом с родительским, ездил строиться, кстати, каждое лето.
Внукам позволено и печку изрисовать
Вот уже четыре года как поселились супруги Скородумовы в родной деревне главы семейства. Дочь и сын, тоже ставшие по настоянию родителей профессиональными художниками, часто привозят сюда их маленьких внуков. Дедушка с бабушкой и из них намерены непременно вырастить творческих людей. Только радуются, когда после отъезда дорогих гостей остаются измалеванные стены и печка. Говорят спокойно: «Ничего страшного, все покрасим! Главное, у детишек желание рисвоать не отбить.»
В своем доме один этаж супруги превратили в настоящий музей собственных творений. И когда однажды к ним наведались сотрудники полиции для проверки зарегистрированного у Виталия Павловича ружья, просто обомлели от такой красотищи. А узнав, что хозяин еще и их коллега, тут же сообщили про свою уникальную находку в его лице и ветеранскому объединению стражей порядка в районе, и музейным работникам.
- Так вот и довелось организовать мою выставку, - говорит художник. – Открыли ее к профессиональному празднику работников органов внутренних дел. Посетителям нравится, тем более, многие узнают на моих картинах знакомые места. Я очень люблю пейзажи писать. Увидел что-то необычное, с моей точки зрения, и зуд начинается творческий. Работ у меня сотни. Но хочется писать еще и еще. Сейчас вот взялся за родную деревеньку, хочу со всех сторон ее запечатлеть на память потомкам, пока она жива. А еще у меня есть задумка, и ее я уже тоже реализую – написать все церкви нашего и близлежащих районов, а также Кировской области, с которой мы граничим.
И зимой пишу, если погода позволяет, да руки терпят. Хочется все успеть. Не могу налюбоваться на свою родину, с которой был в долгой разлуке.
