Горячая афганская граница
Срочную службу Олег Мамаев начал еще в 1985 году в Приаргунском погранотряде, что в Читинской области. Еще во время призыва в Мари-Турекском военкомате приметили этого атлетически сложённого паренька, сообщив «куда следует». И «там, где надо», решили: такой нужен в погранвойсках для очень важных дел. И Олег попал в спецназ. А в конце февраля 1986 года его в числе 25 самых крепких ребят, занимавшихся стрельбой и борьбой, посадили в поезд и отправили на другой конец Советского Союза – в Фергану, что рядом с афганской границей, в учебный полк ВДВ. Здешние южные горы поразили его с первого взгляда, особенно их вечно белоснежные шапки, украшавшие Памир.
Вскоре пришлось вжиться в «красоту» полюбившихся гор уже на территории Афганистана: шестьдесят молодых спецназовцев-штурмовиков, превосходно подготовленных и обученных, прикомандировали к Хорогскому погранотряду. В его десантно-штурмовой маневренной группу Олег был в числе первых. Отряд был сформирован в первые же дни войны в Афганистане, а история маневренной десантно-штурмовой бригады началась в 1986 году, когда на этом участке советско-афганской границы сложилась особенно напряженная обстановка. Ее бойцы прошли через сложные и героические испытания, такие, как разгром банд моджахедов, принятие встречного боя с фанатично оборонявшимися душманами, которые нападали на советские колонны с грузами, нарушали нашу государственную границу, устраивали провокации против пограничников.
В мае в одном из таких боев в ходе десантирования и закрепления на рубеже Олег получил осколочное ранение в живот. После Душанбинского госпиталя - снова на свой базовый объект, что в пятнадцати километрах от Пакистана и девяти километрах от Кандагара, возле Чажзми, где были частые вооруженные столкновения с боевиками. Это здесь проходил путь караванов с оружием, наркотой и прочей «нечистью» из Пакистана. А в конце августа второе пулевое ранение в грудь. Ташкентский госпиталь, и снова в бой. Всего за время службы в Афганистане Олег Мамаев принял участие в одиннадцати боевых операциях.
Вещее сердце матери
А на родине, в далеком марийском поселке ждала мама, которая даже не подозревала, где служит сын. Он ничего о войне не писал. Редкие письма отсылал в двойных конвертах, да и адрес писал прежний: Читинская область, Приаргунский погранотряд, в/ч…. Так надо было.
О том, где Олег служил на самом деле, родные узнали лишь после его возвращения домой. Да и то без всяких подробностей. Он лишь сказал им: «Ничего там страшного нет, все нормально, служба как служба». А сердце матери еще долго холодело от одной только мысли: «А если бы..?». Оно и раньше чувствовало что-то неладное, видимо, то была боль сына. От этого стеснения в груди матери часто не спалось, она подолгу сидела у окна, глядя в ночную мари-турекскую мглу.
Сколько по всей стране было таких же, как она, женщин, которые в последние двадцать-тридцать лет безутешно ждали своих сыновей и мужей, братьев и отцов, воевавших и погибавших в мирные годы? Они были разного возраста, воспитания и вероисповедания. Но жить хотелось всем одинаково. Сегодня, спустя много лет легко расставлять по местам и делать правильные выводы. Но многие из нас помнят, как переживали все мы за служивших тогда в армии сыновей и братьев не только собственных, но и своих знакомых и друзей, потому что знали, война — это всегда страшно.
Олег Мамаев и сейчас каждый год в феврале вспоминает тех, кто не вернулся с войны, и возлагает цветы к памятникам погибшим в Афгане и Чечне. И он, и они — простые солдаты, как и все, выполняли тогда приказ и до конца остались верны своему долгу.
В Чечне все то же — горы и война
Первые боевые награды – орден Красной Звезды и медаль «За отвагу» – Олегу вручили в органах КГБ в Йошкар-Оле в 1988 году, после увольнения в запас. До 1992 года он работал в Мари-Туреке, а окрепнув, поступил в марийский ОМОН. После трех лет службы уволился, но в 1999 году, когда начались проблемы с работой, заключил контракт и махнул в Чечню. Там была такая же война, почти не отличающаяся от Афганской. Почти такие же горы. Только война в основном подрывная.
Рота, в которой служил Олег, стояла в Старопромысловском районе Грозного возле школы. Это было время самых ожесточенных боев. В одном из них бойцы роты уничтожили банду из тридцати боевиков. В другом командир отделения Мамаев вновь был ранен. Тогда на двух БэТээРах он с несколькими бойцами прикрывал возвращавшуюся с задания разведгруппу ФСБ. Выведя ее из «котла», они сами попали в «клещи». Сначала была подбита одна машина, потом другая. Оставшиеся в живых Олег и механик-водитель, оба раненные, теряя сознание и истекая кровью, тащили поочередно друг друга из-под огня. Сколько длился бой, и сколько они добирались к своим, Олег не помнит, но похоже, что целый день... Обычно после таких ранений не живут, а он выжил. В воронежском госпитале 18 марта 2000 года президент страны Владимир Путин вручил Олегу Мамаеву второй в его жизни орден – орден Мужества.
После лечения, отдохнув и набравшись сил дома, Олег опять вернулся в строй. Волею случая стал телохранителем командующего Северо-Кавказским военным округом генерал-полковника Виктора Казанцева, а потом полгода охранял в Абхазии команду миротворческих сил. И позже не раз приезжал сюда в командировки. Службу закончил в 2009 году в отдельном батальоне связи Северо-Кавказского военного округа.
* * *
...При встрече Олег Мамаев всегда производит на меня сильное впечатление прежде всего, как многогранная личность. Именно такой человек может заставить и ужасаться, и смеяться, но прежде всего - думать. Ведь война – это не только бои при наступлении или обороне. Это еще и хаос, и невинные жертвы, и случайные пули. Такие люди, как Олег Мамаев, знают об этом не понаслышке, тем и дороги нам они сами и их воспоминания, даже самые горькие.
