Отца репрессировали как бывшего царского офицера
Мы с женой с большим интересом прочитали в «Марийской правде» рассказ дочери фронтовика Невретдинова о военных письмах отца. Меня он особенно потряс, потому что напомнил о судьбе моих родителей.
Отец мой, Иван Иванович Кириллов, 1896 года рождения происходил из крестьян-середняков пригородной деревни Княжна (ныне Данилово). Он, единственный среди своих братьев, сумел получить приличное образование: после высшего начального училища в Царевококшайске окончил трехгодичные педагогические курсы, работавшие по программе учительской семинарии. В 1915 году был призван по досрочному призыву в армию и, как имевший необходимый образовательный ценз, направлен в военное училище, переведенное на ускоренную подготовку «офицеров военного времени». После этого попал на фронт, где служил сначала в чине прапорщика, затем подпоручика.
В царской армии служил до конца 1917 года. А затем - в Красной Армии по 1921 год. После окончания военной службы был «шкрабом» – школьным работником. В конце 30-х годов стал жертвой «большого террора», как и основная масса офицеров Первой мировой войны, трактуемых как «царские офицеры». Отец погиб в одном из северных лагерей ГУЛАГа на исходе 1941 года (посмертно реабилитирован в 1957 году).
Мама осталась без помощи
Моя мать, Антонина Васильевна родом из той же деревни Княжна, что и отец. Она работала в одной из городских школ, но через пару дней после ареста отца была «снята с работы» (как тогда выражались). Всю первую половину 1938 года она безуспешно пыталась добиться выяснения судьбы мужа и получения работы для себя. Ее просьбы оставались без ответа или натыкались на стену равнодушия и непонимания.
Но среди тех, к кому обращалась моя мама, встречались и люди, искренне старавшиеся помочь попавшим в беду. Мне запомнилась услышанная от мамы в глубоком детстве одна фамилия – Невретдинов. Она не раз повторяла ее все последующие годы, но никогда позже ни эта фамилия, ни сам человек не встречались мне ни в жизни, ни на страницах печати.
От ареста спас чужой человек по фамилии Невретдинов
Невретдинов тогда являлся, по словам мамы, инспектором отдела народного образования. Выяснив, что у матери двое детей (я – ученик 2-го класса и грудная дочь), и что у нее беспорочный стаж 17-летней педагогической работы, он смело взялся за мамино дело. В частности, посетил д. Княжна, чтобы выяснить, какое отношение имела мама и ее родственники к событиям в деревне 20-летней давности (кому-то очень хотелось притянуть события 1918 г.). Невретдинов решительно отвергал попытки увязать вопрос о мамином трудоустройстве с делом о «контрреволюционном мятеже», об обстоятельствах которого до сих пор мало что известно. «Какую связь можно усмотреть у 16-летней тогда девчонки с этим делом? Что она могла знать о смысле происходивших тогда событий и их значении?» - спрашивал он.
Наконец усилиями людей, подобных Невретдинову, была пробита стена недоверия и отчуждения на мамином пути. Ей стали предлагать работу, правда, не в городе, а в сельской местности, где нехватка учителей была особенно острой. Но затем накануне нового учебного года выяснилось, что в школе № 2 (район Кирзавода) не хватает учителя биологии. И маму направили туда.
Десятки лет вспоминали с благодарностью
Невретдинову недолго пришлось оставаться инспектором народного образования. Вероятно, в этом же 38-м году он переехал в Параньгинский район. Дочь его, Маргарита Борисовна, рассказывая о довоенной работе отца, отмечает, что он был учителем в школе, заведующим РОНО, директором местного педучилища, а затем председателем Параньгинского райисполкома. Другие должности отца в тот период она не упоминает: то ли из-за своего тогдашнего малолетства, то ли из-за кратковременности этих назначений.
Но и кратковременная работа оставила, как мы видим, глубокий и благодарный след в сердцах и душах соприкасавшихся с Борисом Николаевичем людей. Моя мама долго вспоминала о нем и правильно полагала, что он ушел на фронт. Я очень рад, что он вернулся живым и невредимым и, как написано в «Марийской правде», «еще долго работал, оставив добрый след в памяти жителей родного Параньгинского района».
И не только Параньгинского, хочу я добавить. Спасибо дочери его и Наталье Кулишовой за рассказ об этом замечательном человеке.
